Новости из свободного мира

Писателю Петеру Хандке присудили премию имени Генриха Гейне. Присудили и присудили. Мало ли на свете премий, и почти все из них рано или поздно присуждаются писателю Хандке. Только Нобелевскую дали не писателю Хандке, а писательнице Елинек. Специально, чтобы нелюбимому прогрессивной общественностью* писателю Хандке нагадить. Понятно же, что следующую Нобелевскую премию австрияку дадут ох как не скоро… Писательница Елинек, хоть и дурочка с переулочка по национальности, но даже слегка засмущалась: дескать, недостойная я, а достойный как раз писатель Хандке. И от смущения послала в Стокгольм свою видеоаватару. Впрочем, это отдельная история.

* сначала писатель Хандке был прогрессивной общественностью очень даже любим, она его практически выкормила своими сосцами и воспитала страшным резателем правды-матки не взирая на лица. И радостно взвизгивала при каждом отрезании. Вплоть до того момента, как писатель Хандке полюбил сербов. После чего, еще во времена первой югославской войны, писатель Хандке прогрессивной обественностью был решительно разлюблен. Но полностью отменить писателя Хандке прогрессивная общественность не могла — его карьера уже давно была сделана.

Итак, писателю Петеру Хандке присудили премию имени Генриха Гейне. Премию, по решению независимого жюри, выплачивает город Дюссельдорф, в память о своем блудном сыне — белобрысом еврейчике, скрывшемся во Францию и запружавшем оттуда германские земли разного рода предательскими пашквилями (получая при этом пенсию из казны врага — врага не только немцев, но и всего рода человеческого, т. е. безбожного и тиранического французского государства).

Немедленно по извещении о таковом присуждении некоторые члены независимого жюри выступили в независимой прессе с протестом против результатов голосования: поскольку писатель Хандке де ездил на похороны Милошевича, то никаких премий ему давать не следует, а тем более премий имени Генриха Гейне. Тот бы, по мнению некоторых членов независимого жюри, никогда в жизни бы не поехал на похороны Милошевича.

В прессе немедленно развернулась дискуссия. Подавляющее большинство склонялось к мнению переголосованных членов жюри и полагало присуждение премии имени Генриха Гейне писателю Петеру Хандке прямо-таки возмутительным. Подавленное меньшинство робко аргументировало, что писатель Хандке, конечно, негодяй, а особенно покойник Милошевич негодяй, но к премии имени Генриха Гейне это прямого отношения не имеет.

Вчера ход дискуссии был изменен решением городского совета Дюссельдорфа, беспрецедентным образом не утвердившего решение жюри.

Мораль: хочешь получить премию имени Генриха Гейне, не езди на похороны Милошевича.

Примечание: писатель Хандке — очень милый безумец с карманами, набитыми сырым имбирем (для срочного протрезвления, в котором он часто нуждается) и еще более сырыми грибами, которые он виртуознейшим образом повсюду находит и рвет. Грибы он, в отличие от имбиря, сырыми не ест, а заносит на кухню какого-либо ресторана, где велит их незамедлительно поджарить. Сербов он действительно очень любит («потому что наполовину словенец», — аргументировала одна немецкая газета во время предыдущего сеанса критики заблуждений писателя Хандке, во время войны в Косово), но половины того, что ему приписывается в прессе, не говорил и не делал. Живет он во Франции, откуда наводняет … Да, кстати, постановку его пьесы в «Комеди Франсэз» тоже отменили. Мораль — см. выше.

СТИХИ С ЮГА (III — Смерть Вергилия; запоздавшие новости)

1.

От Италии холерной
до Далмации-чумы
слышен мерный шлеп галерный. —
Это мы или не мы?

2.

Всё алмазней, всё лазурней,
всё тесней к себе самой
под небесною глазуньей,
подпузыренною тьмой,
с вёсел звездами стекая,
уносящая с ума
ночь деньская, персть морская —
Адриатика сама.

3.

По искрóй прошитой слизи
распускается мазут —
из заморского Бриндизи
вздох Вергилия везут.
Это мы на веслах плачем,
вести ветхие везем,
и в мехах облысых прячем
чернозем и глинозем.

4.

От Апульи суховейной
к Адрианову столбу
прорезает плеск хорейный
Адриатику-скобу —
Бог не охнет, гром не грохнет,
не просыпется Гомер,
пусть луна на веслах сохнет
и меняется размер.

5.

Мы гекзаметру враги ли?
Это мы, а не они!
Умер, кажется, Вергилий?
Умер, Бог оборони!

VIII, 2003 — V, 2006

Der Knabe singts im Wunderhorn

Сборник, посвященный двухсотлетию знаменитой антологии «Волшебный рог мальчика», а в нем эссе Ольги Мартыновой об этой страшной и увлекательной книге (для читающих по-немецки — под катом).
44,20 КБ
Читать далее

Нам сообщают, что

На озере Касянка в пригороде Днепропетровска за два дня выловили три пираньи, которые готовились к нересту.

Опасная рыбка, между прочим. Сгложет — и спасибо не скажет. Вообще ничего не скажет. Все-таки рыба.

С одной стороны, мог бы помочь малороссийским товарищам. Еще в 1988 г. я озаботился проблемой предупреждаемости пираний и опубликовал в ленинградском журнале «Искорка» рассказ для детишек, содержавший, среди прочего, текст русскоязычного объявления, каковое предлагалось устанавливать на берегах р. Амазонки в порядке заботы о советских туристах.

Объявление предполагалось такое:


Рыбка мелкая пиранья
Не вступает в препиранья.
Сунешь ноженьку в волну —
Вынешь косточку одну.


Насколько я понимаю, что-то вроде русского языка в Днепропетровской области недавно легализовано, так что некоторая русскоязычность объявления не должна препятствовать его установке. И только не говорите мне, пожалуйста, что слова «препиранья» не существует, а существует-де слово «препирательства». О том я и без вас знаю. Для бассейна р. Амазонки, равно как и для Днепропетровской области, факт этот, однако же, никакой роли не играет.

С другой стороны, как-то я слегка опасаюсь вступать в деловые отношения с этим чересчур хватким государством. Больно уж они там какие-то шустрые, чтобы не сказать швыдкие. В киевском, например, театре-кафе «Колесо» с 1994 г. и по сей день (!) идет пиэса моего сочинения, именуема же сия пиэса «Мириам» («Мiрiам»). И что бы вы думали: получил я с этих театрально-кофейных деятелей хотя бы 1 (одну) гривну денег? Правильно.

Недаром народ наш — умный, бодрый и великорусский — говорит: «Хохол родился, жид заплакал». Это как раз про меня (вторая часть, если кто не догадался).

Так что использование вышеобозначенной предупредительной дощечки (© Олег Юр’єв) против пираний в Днепропетровской области — только на наличной и предоплатной основе. Иначе — УВИДИМСЯ В СТРАСБУРГЕ!

Виктор Александрович Бейлис

кажется, удался мне лучше, чем павлин.

В. А. Бейлис — писатель, переводчик, африканист. Может поговорить почти с каждым на его родном языке — с французом по-французски, с эфиопом по-амхарски и даже с укрáинцем по-укрáински. И с украинцем по-украински.

В данный же момент — по всей справедливости рассуждает между профитролями под шоколадным и меренгами под белым соусом. Инструмент справедливости держать он тоже умеет.

146,50 КБ

Извещение № 37:

Обновление сайта Новая Камера хранения от 25.05.2006

Наталья Горбаневская. Поэма без поэмы и Новые стихи
Полина Копылова. Стихи
Валерий Шубинский. Стихи
Олег Юрьев. Стихи

Ленинградская хрестоматия: Анна Ахматова (1889 — 1966). Годовщину последнюю празднуй… Статья Олега Юрьева «Неюбилейные мысли».

В СЕКУНДАРНЫЙ РАЗДЕЛ: Статьи Данилы Давыдова и Марии Степановой о стихах Леонида Шваба
Отдельностоящие русские стихотворения: Петр Карабанов. Гренадеры, молодцы…. Предложено Натальей Горбаневской

СТРАНИЦЫ ДЕЖУРНОГО РЕДАКТОРА:

АЛЬМАНАХ НКХ, выпуск второй от 25.05.06: стихи Ольги Кольцовой (Москва), Андрея Анпилова (Москва), Олега Панфила (Кишинев) и Влада Поляковского (Москва).
СТИХИ НЕОТСЮДА: Аркадий Застырец (Екатеринбург). Нафталин

Навстречу ЧМ

Первую версию этого сочинения я огласил два года назад по Радио «Свобода» — вдохновленный Чемпионатом Европы по футболу и тамошними успехами русской сборной. Вскоре после этого моя связь с названным органом была решительно прервана — и не по моей инициативе. Ну, оно и к лучшему — с органами лучше не связываться, учили меня отец мой и мать. Вру. Это А. Розенбаума учили отец его и мать его, и вовсе не этому, а стрелять так стрелять и прочим штукам.

То есть я, конечно, робко надеюсь, что сочинение было оглашено. На сайте «Свободы» оно почему-то не появилось, а слушать я это радио (и никакое другое) не слушал, не слушаю и слушать не собираюсь. Разве что очень надо будет. Впрочем, никто мне тогда не сообщал, что в эфире его не было. Сказали только, что с ним несогласны. Может, и было оно в эфире.

Было, не было — в конце концов, неважно, нижеследующий текст обладает, по моему убеждению, вечной актуальностью. Поэтому я его слегка подновил применительно к непопаданию на Чемпионат мира и выставляю на обозрение просвещенной публики.

Через два года заменю Чемпионат мира Чемпионатом Европы и снова выставлю. И так далее. Так что готовьтесь. Единственный способ от него избавиться — купить за наличные деньги и опубликовать на первой полосе «Российской газеты», наравне с новостями законодательства.

Итак:

НИКАКОЙ ФУТБОЛ НАМ НЕ НУЖЕН

«Соотечественники, кого погребаем? — спрашивал Феофан Прокопович и себе же отвечал: Петра Великого погребаем!»

Ему было кого погребать, а мы-то с вами — с каких щей? Кого погребаем, соотечественники? Что морщимся и роняем слова, мягко говоря, не золотые? Что кудри наклоняем и плачем? Не надо, не надо наклонять кудри и изранивать незолотые слова, не надо быть зегзицами и настенными Ярославнами. Вздорное это занятие!
Читать далее

О хармсовском Передонове и гибели русской аристократии

Поэт Александр Введенский. Сборник материалов. Белград — Москва. Две тысячи шестой год. Изд-во «Гилея». Сост. и общ. редакция Корнелии Ичиной и Сергея Кудрявцева.

Сборник материалов конференции в Белграде. Издано до непристойности хорошо. Впрочем, сейчас плохо и не издают. Не советские, чай, времена. Помню, в начале девяностых годов в одной петербургской типографии, где печатался альманах «Камера хранения», грустно сказали: «Все, такой бумаги никогда больше не будет. Эта последняя!», имея в виду серую газетную на странички и шероховатую картонку на переплет.

Внутри же этой роскоши странное ощущение нищеты. По крайней мере, сначала.

Вступление «От издателя» С. Кудрявцева — томительное чтение, ей-Богу. И не без блевотного блёкота нынешнего московского большевизанства. Какое отношение оно имеет к Введенскому, из-за пределов Садового кольца не видать.
Читать далее

Павлин в городе

71,79 КБ
Хлопал на него, хлопал, чтобы хвост распустил — шиш. Так что павлин скромный. Как я фотограф.

Впрочем, при ближайшем рассмотрении выясняется, что хвоста-то у него как раз и нету. Может, злые бабы вырвали — на шляпки. Может, индусы на опахала с глазами. А может, и сам слинял. В общем, удлиненное серебристо-чешуйчатое гузно имеет наш павлин.

Я так плохо фотографирую, что мне приходится все переписывать словами. То есть иллюстрировать изображение текстом.
Но тем не менее еще парочка