Читающим по-немецки

Статья в NZZ о Первой мировой войне в коллективной памяти России.

Рецензия на новое издание старого романа

Вышло новое, существенно переработанное немецкое издание моего первого романа «Полуостров Жидятин» (первое было в 1999 году, русское книжное, кстати, на год позже). Я его очень люблю и очень рад, что удалось его «оживление» (событие при нынешней книжной скоротечности далеко не само собой разумеющееся).

А вот и рецензия на новое издание старого романа.

Читающим по-немецки: JURJEWS KLASSIKER

Колонка № 70, о Тургеневе.

Следующая, вероятно, будет об Арно Хольце.

Читающим по-немецки: JURJEWS KLASSIKER

Очередная, № 69, колонка в берлинской газете «Der Tagesspiegel».— о Циприане Камиле Норвиде

Следующая будет об «Отцах и детях» Тургенева.

JURJEWS KLASSIKER:колонка № 68

Очередная колонка в берлинской газете «Der Tagesspiegel» — о прозе Пушкина я его статусе в качестве, по стихотворению Пригова, бога урожая и покровителя стад.

Следующая будет о Циприане Камиле Норвиде, единственном из «Большой тройки» польских романтиков, кого еще можно читать. Норвид — такой поздний романтик, что уже очень ранний модернист, этим и интересен. Ну, и кой-какие размышления о двух модернах в польской литературе.

JURJEWS KLASSIKER Nr. 66

Колонка № 66, о Владимире Жаботинском и его романе «Пятеро»

Следующая — о Константине Кавафисе.

Читающим по-немецки: JURJEWS KLASSIKER № 64

Колонка в «Тагесшпигеле» о Викторе Серже и его романе «Дело Тулаева». Русский текст, кстати, легко находится на какой-то беспонтовой троцкистской странице. Очень хороший русский перевод, просто на диво!

Вообще, роман оказался гораздо лучше, чем я ожидал, хотя от разоблачения тов. Сталина в качестве предателя революции, или даже Революции, сводит скулы и тошнит. Мой варварский и верный взгляд: людоедоеды пожрали людоедов. Если бы они этим и огранигивались и жрали друг друга по принципу ротации, то и черт бы с ними. Но они пожирали попутно сотни тысяч, а потом и миллионы людей, никакого отношения к ихним разборкам не имеющих. И не худших людей. Та антропологическаь яма, в которой находится сейчас России — всё приходится делать худшим потомкам худших — результат не только войны, но и этого уничтожения человеческого материлала.

Из того, что в колонку не влезло: Серж-Кибальчич был женат на старшей дочке петроградского троцкиста (и тоже репатрианта) (автор биографии Хармса, В. И. Шубинский, говорит: анархо-синдикалиста) Русакова — Любе. А на младшей дочке, Эстер, был женат Даниил Хармс. Люба заболела психически, а Хармс, который уже с Эстер разошелся, но навещал ее постоянно, страшно ревновал ее к геройскому мущщине Сержу, с которым она кокетничала. В 1933 году (когда Сержа отправили в Оренбург) Эстер дала на него показания, а в 1936 году, когда его по просьбе Ромена Роллана выслали из СССР, как бы в возмещение тюремной единицы, посадили Эстер.