(декабрь, оттепель)

Убор сорок и снедь галчат,
рябинки мелкие горчат,
болванов белых жены, вдовы ль.

Ты отделен от них корой
зимы неострой и сырой,
которой нет еще, не вдоволь.

Парок, что смолоду из пор
порой струился, до сих пор
внутри шипит, щекочет, бесит.

Порог, его же не прейдешь -
на что тот пар за ним похож,
как пахнет он и сколько весит?

С чем хочешь свет перемеси,
луну за куст перемести -
ее, плюющейся, не жалко.

Воображай-ка лучше ты,
как холодно у той черты
и как за той чертою жарко.

Ведь луч, буровящий кору,
обратно втянется к утру
без слова доброго, худого ль.

Но веток, преющих вблизи,
и стеклянеющей грязи,
и кислой мглы еще не вдоволь.

По-родственному

Делали с женой флюорографию (надо было). Заполнили анкеты с указанием должности и места работы. У меня, как всегда, просто — «писатель».
За результатом надо приезжать на следующий день, но за 200 рублей с особы (то есть за 400 с пары) заключение делают немедленно. После долгих колебаний решились платить.
Жена заходит в кабинет с деньгами.
Врач-рентгенолог: «Ой, а ваш муж писатель… А у меня муж троюродной племянницы — тоже писатель N. Не знаете такого?»
«Конечно, знаю!»
(N. в самом деле — мой отдаленный знакомый. Жена моя, как выяснилось, помнила похабную эпиграмму на него, которую я по какому-то случаю за семейным столом процитировал).
«Ой, так я вам скидочку сделаю, сто рублей, по-родственному!»

ЭГОН ШИЛЕ

О.Мартыновой

1

Дом я знаю, на соседние похожий,
В пустоту упершийся трубой.
Дом я знаю, на другие непохожий,
Отраженный сам собой.

Он ползет между домами
с тихим сполохом вдвоем,
он, когда-то в мертвой маме
певший красным соловьем.

Он, чахоточный, глазастый,
в бельевой зарылся мох
и в зеркал цветные пасти
шмыгнуть взялся, но не смог.

Лепесток порочной розочки,
он свисает в ров, висит во рву,
где обветренные козочки
кушают разрыв-траву.

2

Дом я знаю, дом без глаз и кожи,
Где урчит и ноет тишина.
Дом я знаю, на другие непохожий:
Без единого/из одного окна.

Город пышный, вроде сливок,
пляшут лебеди в реке,
золотой горячий слиток
у протектора в руке.

Много музыки и пищи
в светлом чреве кабачка.
За дворцом ручные львищи
тащат в пропасть толстяка.

Ходят голые подросточки
по веселой мастерской.
Брызжут остренькие звездочки
за далекою рекой.

3

Дом я знаю, виснущий на сетке
Острых балок, линий заводных,
Каркающий на короткой ветке
Среди роз и лилий разводных.

На мостах пасутся очи,
мертвых прячут под мосты.
Плотно свернутые ночи
льются в отпертые рты.

Плоский, сумрачный и важный,
это ты ль средь них повис –
враг недолгий, царь отважный
узких рек и грузных крыс?

Вырви кнопочки и гвоздики,
падай в память со стены:
вещи, собранные в воздухе,
недовоображены.

Пакую книги для переезда

Положил в коробку десятитомник Пушкина. Осталось место для трех-четырех книг. Стал размышлять: с кем А.С. было бы не неприятно? Окинул глазом полку. Остановился на двух стариках-острословах, Крылове и Дмитриеве, и на красивой даме-стихотворице Ростопчиной. Теперь им вместе предстоит провести несколько недель.