|
Олег Юрьев
Стихи
2009: С марта по ноябрь
22.02.2009
2008: С апреля по октябрь
С октября по март
Стихи за июнь — сентябрь 2007 г.
03.06.2007
17.12.2006
25.05.2006
24.07.2005
04.04.2004
16.09.2002
Стихи и хоры
О стихах
Новая русская хамофония
Два Миронова и наоборот
Мандельштам: Параллельно-перпендикулярное десятилетие
Предисловие к кн. И. В. Булатовский, "Стихи на время", М., 2009
Действительно золотой век. О стихах Валерия Шубинского
«Библиотека поэта» как машина времени...
Об Аронзоне...
Бедный юноша, ровесник... (Об Евгении Хорвате)
О поэтах как рыбах (Об Игоре Буренине и Сергее Дмитровском)
O понятии "великий поэт": ответ на анкету журнала «Воздух», 2, 2006
Свидетельство
Рец. на кн.: Е. Шварц.
Лоция ночи
И Т. Д.
(О "Полуострове"
Игоря Булатовского)
Призрак Сергея
Вольфа
Ум
Выходящий
Заполненное зияние
Заелисейские поля
или Андрей Николев
по обе стороны Тулы
Неюбилейные мысли
Стихи с комментариями
|
 |
|
|
СТИХИ С ЮГА (III — Смерть Вергилия; запоздавшие новости)
| |
1.
От Италии холерной
до Далмации-чумы
слышен мерный шлеп галерный. —
Это мы или не мы?
2.
Всё алмазней, всё лазурней,
всё тесней к себе самой
под небесною глазуньей,
подпузыренною тьмой,
с вёсел звездами стекая,
уносящая с ума
ночь деньская, персть морская —
Адриатика сама.
3.
По искрoй прошитой слизи
распускается мазут —
из заморского Бриндизи
вздох Вергилия везут.
Это мы на веслах плачем,
вести ветхие везем,
и в мехах облысых прячем
чернозем и глинозем.
4.
От Апульи суховейной
к Адрианову столбу
прорезает плеск хорейный
Адриатику-скобу —
Бог не охнет, гром не грохнет,
не просыпется Гомер,
пусть луна на веслах сохнет
и меняется размер.
5.
Мы гекзаметру враги ли?
Это мы, а не они!
Умер, кажется, Вергилий?
Умер, Бог оборони!
VIII, 2003 - V, 2006
ОБЛАКА
Ослепительным воздухом дут,
ослепленной водою спринцован,
облаков стеклянеет редут,
поджидая, когда подойдут
те — под знаменем сизо-пунцовым
и с шар-бабой каленой луны.
Ночью будут руины смутны
в чистом поле под бабой каленой,
и лыжнею — кривой и зеленой —
мимо них побегут бегуны.
VI, 2006
ДЕРЕВО. НОЧЬ
какой-то шурх и треск
в колодках стволовых
как если бы в них жил
коротковолновик
как если бы эфир
под купой завывал
но только чмок и фырк
приемник издавал
какой-то жалкий блеск
в коробках столбовых
исчезновенье жил
темнеющее в них
как если бы фонарь
над купой воспарил
и фосфорную пыль
в тумане растворил
как если бы сбежал
по лесенке стальной
какой-то белый жар
короткою волной
VII, 2006
ПОЕЗД/ПОЕЗД
...А над глиняным Дунаем
по заболоченному мосту,
черной пеной поддуваем,
поезд скатывается в пустоту.
И, разбужен полым звуком,
ты вдруг очнешься в купейном углу:
виадук за виадуком
назад шагают, в злаченую мглу.
Сквозь сквозные их опоры
без сожаления оглянись
на разрезанные горы
с жилистым дымом, сходящим вниз.
На подкoпченные шпалы
и столбцы непонятных вех,
на подточенные скалы
с перистым паром, всходящим вверх,
где над выгнутым Дунаем
по заоблачному хребту,
снежной пылью подымаем,
воздух втягивается в темноту.
VIII, 2006
|
Игорю Булатовскому
Песнь благодарственная
на присылку Кузнечика, оказавшегося Саранчой
| |
— Саранча, саранча,
где твоя епанча?
— У сада Пал Палыча
упала с плеча.
Я летала к Пал Палычу
в том году на Крит.
Стол у Пал Палыча
в том саду накрыт.
— А что подают у Пал Палыча,
алычу?
Может, и я туда полечу
по лучу?
Может, чего получу?
— У Пал Палыча в том саду
стол накрыт.
Подают у Пал Палыча
в меду акрид.
Коль не хочешь, саранча,
потерять епанчу,
не летай к Пал Палычу
по лучу!
VIII, 2006
ТРИ СЕМИСТИШИЯ
В горы тучнеющее тело
наискосок — к зерну зерно —
двуклонной россыпью влетело
двууглых ласточек звено,
и — молниею пронзено —
(как бы в бутылке, зеленo)
мгновенно — облако — сотлело.
Прощай, гора. С двуклонных крыш —
с твоих чешуйчатых террасок —
во мрак ступают через крыж
дымы в краснеющих кирасах
(за дымом — дым, за рыжим — рыж,
и нити на хвостах саврасых
горят, как и сама горишь).
Гора, прощай. По одному
огни сухие, пепелимы,
со склона скатятся в потьму,
как пух сожженный тополиный
(у павшей ласточки в дому
сомкнутся крыльев половины,
и сны — приснятся — никому).
VIII, 2006
МАРШ «ПРОЩАНИЕ ДЕРЕВЬЕВ»
Все багряные ладони
Ветер клену пережал
И к осиновой колонне
Уходящей в полупоклоне
В полунаклоне перебежал
И маленький закат дымился на погоне
у дуба — Как погашенный пожар
Последние полки в заречье уходили
За грабом липа и за вязом бук
И под занавес огневой угодили:
Хлюп над рекой, плюх, бах, бух!
Полетел с папахи пух
Дым сверкающий набух...
— Проводили!
X, 2006
ПРОБОР/ПРУД
— Видишь? — разобранный надвое
гребнем светящимся пруд...
— Вижу. Как будто со дна твое
сердце достали и трут.
— Слышишь? — плесканье надводное
бедных кругов золотых...
— Слышу. Как будто на дно твое
сердце сронили — бултых —
X, 2006
ПРОСТЫЕ СТИХИ ОБ ОДЕССЕ
глинистые голуби одесские
головы их голые и детские
душная волна из-под крыла
над горелым морем заболоченным
за холерным парком заколоченным
кукуруза дымная цвела
слава богу с этим все покончено
желтизна чулочная истончена
до запаутиненной дыры
кувырнулись голуби расстрелянные
и собаки прыгнули растерянные
в море со ступенчатой горы
палевое море взбаламученное
сгреб с причала в небо замазученное
дед в тельняшке перержавым Ψ
и давно закрылись все столовые
и давно расплылись все половые
на ступенях дрыхнувшие псы.
X, 2006
ПРОБОР/РЕКА
Что ж с того, что луна возвращается,
вещи неба в чехлах находя,
и волна, уплотняясь, вращается,
на зубцы фонарей находя, —
все под мост уходящие полосы
косо-накосо не исчесать:
нам вдыхать эти гладкие волосы,
кораблям в эту мглу исчезать.
XI, 2006
|
|
