Комментарии к случайным новостям — 2

Отказался сегодня писать о дурочках с переулочка для немецкой газеты «Христианин и мир». Но вот бы что примерно написал, если бы не отлазался:

… Основную ответственность, конечно, несут не сами гламурные пэтэушницы — одного взгляда на их туповатые, испуганные мордочки достаточно, чтобы понять: им бы на танцульки бегать, за пацанов на кулачках биться и мечтать о месте продавщицы в бутике. Основную часть ответственность несут (должны бы нести) те, кто создал у них (и создает у тысяч других дурочек обоего пола) очень ложное впечатление, что они живут не в России — сложной, трагической и великой стране, а в третьеразрядном голливудском фильме «из жизни креативных элементов». Т. е. вся эта московская глянцевая пресса, все эти маскофские пафосные клубы и все эти московские гламурные бутики — вся эта площадная сырость. Что следует выдвинуться, прославиться «любой ценой». Вот теперь пёсточки и выяснят постепенно, какую цену им придется заплатить за ихнюю «славу».

…Но, конечно, бесноватую православную общественность следовало бы засунуть в один мешок с бесноватой «прогрессивной» общественносью и запустить на какую-нибудь планету, какую не жалко. Пусть бы они там обсуждали между собой проблемы духовности и «актуальной культуры».

А пёсточек — присудить к курсам кройки и шитья. Может, у них в руках что-то есть, если в головах ничего нету.

Комментарии к случайным новостям — 2: 11 комментариев

  1. Вспоминается эпизод из истории Первой думы. Крестьянина-депутата изобличили в краже поросенка на Сенном рынке. Думе не оставалось ничего иного, как лишить депутата неприкосновенности и предать его правосудию, которое и присудило его к церковному покаянию, чего я девушкам и желаю. Впрочем, навыки кройки и шитья тоже никому еще не повредили.

  2. Так то химик, охреневший от того, что сумел взломать закон бытия:

    Сидит химик на скамейке
    долбит хуем три копейки -
    хочет сделать три рубля.
    Не выходит ни хуя.
    ……………………………………

    А это с понтом артистки ВИА. Им бы кто в воскресной школе трактат Тертуллиана «О зрелищах» пересказал простыми словами, что мол не надо выебываться — главное зрелище Страшного суда все равно предстоит всем и будет самым интересным.

  3. К моему глубокому сожалению, Ваша презумпция необразованности и ничтожественности в отношении людей, не могущих Вам ответить, делает невозможным разговор по существу. Печально слышать насмешку над узниками от русского поэта.

    • Вот смеху-то — узники! Если человек насвинячил в общественном месте и его арестовали, то он не узник, а задержанный. Существуют два рода стран — в одних таких «художников» на месте разорвали бы, в других — отдали бы под суд. Вы можете гордиться, что живете в стране второго рода, в цивилизованной стране.

      А что, по Вашему, они должны были бы мне ответить, если бы могли?— что они не глупые и образованные, а я наоборот, враг всего живого и прогрессивного? Вот интересно бы поговорили! И на каком языке они должны были бы со мной разговаривать — я слышал, как они разговаривают — как продавщицы в бутике средней руки. Я уже около пяти десятилетий наблюдаю людей и уверен в своей способности отличить пэтэушницу от непетеушницы, туповатое лицо от нетуповатого, а также уместный в обращении со мной тон от неуместного.

      Ваш тон неуместный и говорите Вы очевидные, постыдные глупости. Как и всякий человек, я имею право высказать свою точку зрения о явлениях и людях, сделавшихся предметом общественного интереса. Именно как частный человек. Но права частного человека на частное мнение Вы, очевидно, и не понимаете.

      И не Вам, кстати, объяснять мне, над кем я могу смеяться и над кем не могу в качестве русского поэта.

      Больше сюда не приходите, буду стирать не читая.

  4. Уведомление: Комментарии к случайным новостям — 5: Наследницы Введенского | Журнал Олега Юрьева

    • Видите ли, публикация в Альманахе является такой же публикацией, как и любая другая. Вы давали на нее согласие и она вышла. Точно таким же образом Вы не могли бы потребовать сейчас от редакции какого-нибудь «Нового мира», если бы Вы в нем когда-то публиковались, взять и вырвать из всех номеров листочки с Вашей публикацией. Разница тут только в технической возможности/невозможности, а она, на мой взгляд, не является принципиальной.

      Речь, поверьте, не идет о том, что мне изо всех сил хочется удержать Ваши тексты у нас на сайте — ни в коем случае! Речь идет о принципе и порядке. Мне, может быть, самому хочется поубирать из Альманаха многих авторов, по-человечески или творчески меня разочаровавших, но я не считаю возможным такую фальсификацию, даже если она технически легко осуществима.

      Совсем другое дело — персональная страница в нашем «основном разделе». Автор может убратить ее, поскольку она не является публикацией, а его собственным хранилищем текстов. Но у Вас такой страницы нет, а есть две публикации в Альманахе.

      Разумеется, всегда существуют форс-мажорные причины. Если таковые действительно существуют и могут быть разумно объяснены, то мы посоветуемся, что можно было бы сделать.

  5. Добрый день,

    конечно, Вам приятнее называть свою веб-страницу «журналом» или там «альманахом», суть вещей от этого, однако, не меняется. Удаление же материалов из веб-страниц по просьбе авторов — обычнейшее дело. Прошу повторно убрать из Вашей страницы мои тексты. Приводить мотивы и о чем-либо «советоваться» не считаю полезным.

    Спасибо,
    Туров

    • Я не знаю, что и где у вас там «обычнейшее дело» и не интересуюсь этим. У нас тут это не принято.

      Как Вы справедливо заметили. мне «приятнее было» считать Альманах НКХ альманахом, т. е. сетевым изданием, а не страницей со свободной публикацией и так оно было с самого начала, когда Вы соглашались на публикации.

      Короче говоря, я передал Вашу просьбу редактору Альманаха (поскольку я лично имею к этому изданию очень косвенное отношение). Мы посоветовались и пришли к выводу, что не существует ни логических, ни этических, ни правовых причин для выполнения Вашей просьбы.

      Надеюсь, Вы понимаете, что ни мне, ни редактору Альманаха Кириллу Иванову-Поворознику Ваши тексты ни для чего специально не нужны. Дело в принципе.

      Так что, в последний раз: Вы попросили убрать Ваши тексты, это Ваше право (попросить) — мы Вам в этой просьбе отказали (а это наше право, отказать).

      И на этом закончим. Больше я писем от Вас принимать не буду — ни открывать, ни читать. Не считаю полезным.

      Всего хорошего.

Добавить комментарий