Поразительная

по определенности, ясности и емкости статья Игоря Клеха об Алексее Парщикове. Я оставляю сейчас в стороне, хорошо ли, можно ли, нужно ли писать так о «свежих покойниках», тем более о бывших друзьях — то дело не мое и ничье, кроме самого автора (с которым я незнаком). Сам бы я, признаюсь, не стал этого делать, да обычно и уклоняюсь, если чувствую, что у меня есть что высказать, кроме печали и восхищения… Но это не моральная позиция; может быть, это и слабость своего рода.

С Парщиковым я был знаком очень мало, можно сказать, практически нисколько — сталкивался пару раз в Москве в середине 80 гг., был один раз у него на дне рождения в Ясенево (Кутик привел)… а потом перекинулся случайной парой слов на биеннале 2005 г. в Москве, но должен сказать, что личное — физическое, психологическое — ощущение от него у меня осталось очень сходное с тем, что так блистательно развернуто в этой статье, — что, конечно, само по себе несущественно (в смысле, согласен я или нет с психологическим портретом героя). Но в ней, в этой статье, — помимо личной истории Парщикова и, конечно, личных отношений автора с Парщиковым — сформулированы, иногда вскользь, иногда на его примере, иногда не на его примере некоторые вещи и о людях и о процессах новейшей литературной истории, которые просто восхищают ясностью зрения и полнейшим несогласием смиряться с духом какого бы то ни было времени, не говоря уже о том, чтобы смиряться этим духом.

То есть, безотносительно к Парщикову и к оценке его жизненной и литературной истории (хотя и в том, и в другом случае есть вещи очень убедительные) — у статьи этой есть, на мой вкус, отдельное, общее значение. Может быть, только надеждой, что такое общее значение возникнет, и можно объяснить решение обратиться к такому частному случаю.

Не могу сказать, что я совсем со всем согласен (скорее, в подозреваемых контекстах), но, думаю, что это и не важно. Здесь есть то, чего так не хватает сейчас, в повсеместном одичании, о котором шла речь в предыдущей записи и которое интересно разве что удивительным разнообразием своих современных форм и проявлений. Здесь присутствует уровень понятий, на котором в принципе возможна коммуникация по поводу литературы (потому что на принятом сегодня данилкинско-топоровско-быковском и пр. она попросту невозможна, по крайней мере, для меня). Представление о культурно-исторических механизмах, о началах и концах процессов, о следствиях из занимаемых позиций — обо всем, что нынешними принципиально простыми людьми считается китайской тарабарщиной (это еще в лучшем случае, иногда и оскорбительным высоколобием и личной обидой).

Словом, несмотря на всю огорчительность предмета, статья эта меня очень освежила и обрадовала.

Поразительная: 40 комментариев

  1. Верно: «определенная, ясная и емкая» статья. Возникает очень отчетливый и трагический образ, для меня тем более значительный, что я отношусь к тем, кто не воспринимал Парщикова всерьез: кажется, ни одного стихотворения до конца не дочитала, а единственная личная встреча (четверть века тому назад!) оставила довольно унылое впечатление. Очень рада, что прочитала, спасибо.

      • Re: статья эта меня очень освежила и обрадовала

        Я тут ещё подумал, что Клех это и о себе написал. И этот вопрос «зачем?» — это и его нынешний вопрос. Ну, и мой тоже. Чего там.
        Вы, к слову, читали прозу Игоря? «Хутор во вселенной».

        • Re: статья эта меня очень освежила и обрадовала

          Не, вообще ничего не читал никогда.

          А теперь побаиваюсь. НО прочу что-нибудя при случае.

          Вопрос «зачем» я заметил, это как то место, которое я назвал «подозреваемым контекстом».

          Думаю, этот вопрос стоит искусственно, на жизненно-биографической виагре. Что я обратно понимаю. Но есть вещи, о которых лучше вообще не думать.

          «Зачем» — это родственник «для кого».

          • Re: статья эта меня очень освежила и обрадовала

            Я специально спросил. Не хотел бы, чтоб Вы начали с чего-то не того. Что сегодня, на мой взгляд, возможно. А если прочтёте сначала «Хутор» http://magazines.russ.ru/novyi_mi/1993/9/kleh.html , он короткий, потом уже не страшно. Надеюсь, тут я обратно прав.

            Не знаю, искусственно ли. Меня он просто достал в последнее время. И если он родственник «для кого», то в моём случае (и, думаю, в понимании Клеха, я его немного знаю) — очень дальний родственник.

            • Re: статья эта меня очень освежила и обрадовала

              Очень хорошо написано. Мне очень понравилось.

              Странно, что я тогда не обратил внимания. Наверно, прочел слово «распласталась» в первом предложении и закрыл окно. А там больше таких слов и нету особенно. Я тогда стилистический экстремист был (им и остаюсь, конечно — но, может, слегка поумеренней).

              Впрочем, что ж я говорю, тогда ведь никакого интернета не было, и «Журнального зала» тем более, так что причины моего незнакомства с этим текстом вполне естественны — не подвернулся,

              Любопытно это и печально, в сущности: тогда столько всего было разного, что как утрата это не ощущается — пропустил и пропустил. Зато я Бакина читал, или первую книжку Черчесова, или… да мало ли чего.

              А сейчас текст такого фактурного качества в текущих изданиях был бы для меня таким же событием, как новый рассказ Эппеля в недавнем «Октябре» — http://magazines.russ.ru/october/2009/9/ep4.html

              Просто в силу того, что сейчас это страшная редкость.

              Я Вам даже больше того скажу: заглянул случайно в Наймана в том же номере «Октября» — и на фоне того, что мне показывала Оля, когда готовилась к написанию своей знаменитой статьи, даже Найман показался «ничего». Хотя бы старается.

              И вот это уже самое опасное следствие из сегодняшней ситуции.

              • Очень хорошо написано

                Я рад, что Вам понравилось. Хотя вроде и понимал, что Вам не понравиться не может.

                А мне именно подвернулся. Правда, в редакции «Нового мира». Я им повесть свою принёс и у Борисовой в кабинете взял в руки журнал, просто машинально. Открыл сразу: «Хутор во вселенной». Борисова говорит: «Читали?» Я говорю: «Нет». И ещё что-то про то, что до нашей провинции так быстро журналы не доходят (это был ноябрь, ну, может быть, начало декабря), а сейчас вообще не доходят никак. Вот она и скажи: «Возьмите, почитайте, вам должно понравиться». Я с тех пор его раза четыре и прочитал. Хотя то, что было позже в его прозе, меня задело уже меньше. Возможно, просто потому, что лучше «Хутора» фиг напишешь, будь ты сто раз Клехом.

                Рассказ Эппеля меня тоже впечатлил (разве что последняя строчка резанула. Даже не понял, почему). Но с меня что взять, я вообще рассказы Эппеля обожаю. Особенно из «Травяной улицы».

                >»Просто в силу того, что сейчас это страшная редкость.»

                И эффект интересный от таких публикаций у нонешней литбляэлиты. Или недоумение, или страшное раздражение.

                Ваша последняя строчка может быть разъяснена? Для тугодумов. Почему САМОЕ опасное?

                • Re: Очень хорошо написано

                  А Бакин вроде роман написал. Или всё ещё дописывает. Уж не знаю, что у него выйдет. Всё-таки, по-моему, он прирождённый рассказчик. У него в каждом рассказе целый роман.

                  • Re: Очень хорошо написано

                    Я читал недавно его рассказ в «Новом мире» — по-прежнему, очень талантливо, и по-прежнему очень нуждается в настоящем редакторе, потому что бывают ошибки против языка (мы много их в «Стране происхождения» заметили, п. ч. в свое время помогали переводчику разбираться) и просто длинноты. Был бы шедевр, если бы этот текст так отредактировать, как никто сейчас не может.

                    Но, конечно, при этом текст шизофренически-коммунистический, что при развороте на роман может приветси к очень сомнительным эффектам. Но посмотрим. Тот редкий случай, когда это интересно.

                    • Re: Очень хорошо написано

                      А вот это уже я пропустил. Непонятно как. Спасибо. Обязательно найду.

                    • Re: Очень хорошо написано

                      Да, рассказ сильный. И очень трудный в написании. В основном, из-за темы. И заряд коммунистический в нём (хотя чёрт его знает, что это за заряд), и редактор нужен, потому что прочесть «среди руин строений, что были возведены руками тех, с кем они так долго воевали, убивая и погибая,» такой кусочек (всего кусочек) фразы сложновато. Это мягко говоря. И тем не менее, тем не менее.

                • Re: Очень хорошо написано

                  Потому что легко можно сбить внутренний вкус, переводя его на «относительность»: ну сейчас, на бщем фоне…

                  Получится, как в советские времена: 1) конечно, так себе; 2) но в условиях советской печати, конечно, очень смело; б) — через лет 15 — выдающийся писатель, любимый прогрессивным чистателе,

                  Вся советская культура базировалась на этой «относительности», она сущетсвовала как бы в отдельной системе координат по отношению к «возможному».

  2. Вы как-то не заметили место публикации.
    Все это мило и даже выразительно — Не надо печататься! Вся жизнь впереди — вообще гениальное место — но вспоминается, знаете, Боратынский, На смерть Лермонтова.

    • Место публикации мне как-то фиолетово.

      В естественных пределах, разумеется, но эти пределы и степень их естественноси назначаю я себе сам. Исключительно.

      Я бы просто-напросто не стал читать что-либо, опубликованное в «Частном корреспонденте», как раньше не читал ничего во «Взгляде» — но не из «принципов», а из физической брезгливости. Людей, которые там публикуются, я не осуждаю (скорее, жалею) и даже борюсь с переносом своей брезгливости на этих людей, но если они хотят, чтобы я их читал, то пусть публикуются где-нибудь в другом месте.

      Но это не принцип, а личная физиология. Впрочем, полагаю, что если бы такая личная физилогия была у многих, то тамошняя мразь не вела бы такого пушистого существования.

      Понятно, что есть еще политические маркировки, сообщающие тексту определенные запах, я всегда старался от этого по мере сил абстрагироваться, если в самом тексте они не прочитывались или «не выходили за рамки» и, например, несколько лет назад, читая предыдущий вариант воспоминаний Милославского в газете «Завтра», вывел за скобки это обстоятельство как таковое. Может быть, в свете сегодняшней ситуации это было с моей стороны и неверно, человек, публикующийся в такого рода (или противоположным по идеологии, но смыкающимся по антропологии изданиям) изданиях демонстрирует, как минимум, небрезгливость и готовность нести на себе распространяемый ими запах. Но, повторяю, внутри этих рамок место издания мне более или менее безразлично. Как в активном, так и в пассивом смысле.

      В остальном я исхожу из того, что человек отвечает только за свой сбственный текст. А если исходить не из этого, то по нынешним временам нигде нельзя печататься и ничего нельзя читать — везде по соседству окажутся дурнопахнущие идеи и дурнопахнущие люди. Может быть, это было бы и правильно — ничего не читать и нигде не печататься, особенно для меня, но человек несовершенен. К тому же, если бы я это сделал, то слишком многие бы обрадовались.

      Надеюсь, я исчерпывающе объяснил свою позицию.

    • Re: очевидное

      Повторяю, моральную сторону я с самого начала вывел за скобки, я не считаю, что у меня есть право на суждение в данном случае.

      А в литературном смысле статья блистательна, я давно не читал ничего, настолько качественного.

      • Re: очевидное

        Катя, не сердитесь на Клеха. Тут дело даже не в моральной стороне, которую Олег совершенно верно выносит за скобки. Понимаете, это всё Клех и о себе. Может быть, больше о себе, чем об Алёше. Он просто не понял этого, когда писал. Так бывает. Бывает, конечно, что сознательно стараются не понимать, но тут, думаю, другой случай. Игорь Клех, судя по всем его текстам, человек искренний, но, как бы это сказать, излишне, что ли, прямой. И нетерпеливый. Лет через пять он же эту же статью написал бы по-другому. Я почти уверен. Хотя, конечно, могу быть и не прав.

        • Re: очевидное

          Примерно лет десять назад он уже писал то и так же, что сейчас расширил, прекрасно понимая, что делает. Но Вы правы: он о себе. Разделся и показал комплексы.

  3. Ну, хорошо, непонятно только одно, почему Алеша (которого я тоже немного знавал) мог бы и должен был бы «занять место, достойное его таланта, в первом ряду русской поэзии двух веков (sic!)». Из чего это следует, по мнению Клеха?
    Статья, по-моему, набита общими (уже) местами и не дает ответа о месте Парщикова вообще в каком-либо ряду.

    • Я в вопрос о личных талантах и тем более местах Парщикова сейчас не углубляюсь.

      Было бы смешно мне полемизировать с Клехом по этому поводу. Считает как считает. Очевидно, такое у него представление. Никто не обязан с ним соглашаться, но, по-моему, представление это выражено вполне определенно, хотя и в терминах теории вероятностей, что, впрочем, тоже наука.

      Причины, по которым эта статья кажется мне важной, существенной и качественной, я уже назвал, повторяться не стану. Для меня дело меньше всего в Парщикове как таковом.

    • Ну, считает…

      А я считаю так, как написал. Подробности насчет того, кто кому чего сказал или не сказал, меня не очень в этом контексте интересуют. Моральную сторону я с самого начала вывел за скобки.

      А Вы сами считайте. сходя из Ваших личных отношений (если у они у ВАс есть) и общих представлений.

      • Ну, понятное дело, что я сам буду считать.

        Однако… Ваш ответ меня удивил. Не то чтобы резкостью… Мол, а подите-ка вы в сад.
        )))

        Просто, если подробности не интересуют, и моральную сторону за скобки, то…

        Что же остается?

        • Остаются, как я и написал,»некоторые вещи и о людях и о процессах новейшей литературной истории, которые просто восхищают ясностью зрения и полнейшим несогласием смиряться с духом какого бы то ни было времени, не говоря уже о том, чтобы смиряться этим духом». И общее качестве текста.

          Ничего резкого в своем ответе я не вижу.

          • Знаете, вот насколько мне оказалась близкой ваша позиция по поводу мемуара Милославского, насколько вы точно там всё сформулировали, по полочкам, что называется, настолько далека мне ваша позиция в случае с текстом Клеха.

            «общее качество текста» — это, конечно, понятие… не точное. ну, да уж ладно.

            вам текст нравится — и точка. мне он показался, скажем так, странным — ну и фиг со мной.

            мне захотелось понять, почему он вам нравится. кажется, так я из вашего ответа понял, это происходит по внелогическим, внеаналитическим причинам.

            • Ну, с одной стороны, всё происходит по «внелогическим причинам» — и должно происходить. Потому что, если мы можем объяснить, почему что-то нравится или не нравится, то мы тем самым определяерм «корыстное», «затекстовое» в этом суждении.

              А я стремлюсь к суждению бескорыстному.

              С другой стороны, в данной ситуации у меня нет никаких оснований и охоты высказывать свое собственное представление об описываемых людях и обстоятельствах.

              Что в нем совместимо с представлениями Клеха, что несовместимо )очень многое) с ними.

              Повторяю, мне нравится, как написано (сейчас это редко, когда мне нравится, как написано) и я считаю понятийный уровень серьезным (что бывает еще реже). А личные отношения (я их тоже вижу, не маленький) меня вовсе не касаются.

              • Спасибо за развернутый ответ!

                Мне действительно было интересно (и важно) понять вашу позицию, увидеть, иначе говоря, вашу точку отсчета.

                Кажется, я понял.

                Безусловно, текст Клеха написан так, что — если бы речь зашла о дискуссии — это достойно дискуссии. Полемики, обмена мнениями, уж не знаю, как это назвать. И действительно, «личное» стоило бы за скобками оставлять — по возможности. Насколько возможна такая возможность — точно сказать не возможно.

                Насколько нужны сейчас такие «дискуссии о поэтах», насколько востребованы?
                Это тоже вопрос.

                • «Личное» возможно вывести за скобки — для меня. Для Вас. Для любого, кто никак лично с предметом не связан. Но, конечно, совершенно невозможно для людей близких или чувствующих себя близкими. И требовать от них этого было бы нелепо и даже неэтично. А их, конечно, в литературной жизни немало — просто по свежести обстоятельств.

                  Мне кажется, все важно и нужно, что переводит уровень мышления и обсуждения с уровня примитивно-иделогического (включая культурные идеологии), повсеместно утвердившего себя сейчас.

                  Дело, еще раз повторяю, не в Парщикове как таковом — дело в осознании ближайшей литературной (и не только литературной) истории не на уровне «кто у кого грант украл», и не на уровне «кому чего не досталось», и не на уровне «кого кто купил», не говоря уже об уровне «кто еврей».

                  Интересный разговор по этому же поводу (в том числе, с моими комментариями) — здесь: http://vladkul.livejournal.com/189875.html?view=896947

  4. Мне кажется, Вы по сути очень верно и взвешенно написали.

    Я не могу сказать, что я сторонник позиции «чем больше свободы дискуссии, тем лучше» и, в принципе, полагаю, что каждый в своем журнале у себя дома — соответственно, может принимать или не принимать, кого хочет, и вести или не вести разговоры, какие хочет.

    Т. е. меня не возмущает, что г-н Иличевский всех вычеркнул из списка, чьи воззрения ему не нравятся. Меня тоже вычеркнул, каковое сообщение «Семаджика» напомнило мне, что и он у меня формально был в списке (на практике, на экране у меня только Дефолт Вью — там его давно не было по причинам, которых Вы отчасти касаетесь).

    Т. е. в смысле «сетевого поведения» я с Вами не совсем согласен, а по сути вопроса и по оценке уровня сознания некоторых действующих лец — вполне.

    • об этом

      Умер Парщиков, поэт,
      гений-друг. Теперь как просто, -
      думал Клех, — стать выше ростом:
      нужно выволочь на свет
      всё бельё его, порыться,
      влезть на труп, и к солнцу рыльце
      обратить: вот Я, вот он!
      Отнесу-ка в «Арион».

Добавить комментарий