Приехали книги (2)

Альбом Мих. Шварцмана, купленный для нас на выставке в «Галерее Лазарева». Альбом, по-моему, очень хороший.

Шварцман был всегда очень важен для Елены Шварц, она считала его великим гением и, в общем, всем тем, чем он себя сам считал. В смысле изобразительного искусства у меня никогда не было ни такого внутреннего интереса, ни такой внутренней уверенности в своем суждении, как по отношению к литературе, поэтому я охотно соглашался бы с Леной, если бы не был по натуре «цулохешником» (от евр. «аф цулохес», «назло» — так назвала меня старшая сестра моей бабушки, тетя Хана, к которой меня еще в очень нежном возрасте отправили один раз в г. Рогачев Гомельской области на лето). В общем, был у меня насчет Шварцмана некоторый неформулируемый протест.

Но просмотрел я этот альбом и как-то совсем примирился с работами Михаила Шварцмана. И даже полюбил их, на что, в сущности, уже не надеялся. Просто я вдруг увидел, что конструкции Шварцмана собраны из элементов московского деревянного полупригородного «халтурного» жилья — дверей, ступенек, балкончиков, коридорчиков, наличников, сохраняющих и в перекомпонованном состоянии всю свою деревянную малеевскую и останкинскую еврейскую теплоту.и кровность.

И лицом (взглядом, в первую очередь) напомнил мне Шварцман о Борисе Понизовском (которого Лена по разным причинам не любила) — думаю, такой же он был «потерявшийся цадик», каким был Борис и какими были многие из этих огромноголовых, яростноглазых, окруженных солнечным сиянием бород потерянных или, скажем, заблудившихся гениев.

Не знаю, может быть, и счастливее были бы они, коли остались бы при своем — в каких-нибудь перебравшихся в Америку или Палестину «дворах» и «шулах», чем на путях создания «иератического искусства» и «универсального театра». А может быть, и нет, не знаю…

Но в том, что «потерянные хасиды», простые танцующие перед цадиком евреи, были бы счастливее в Бруклине и Иерусалиме, чем в «Клубе-81″ — вот в этом я абсолютно уверен. Особенно, когда иду по Меа-Шариму и узнаю эти полуслепые хазарские лица под черными шляпами… Ах, Володя, Володя…

Ну ладно, мы сейчас всё же о Шварцмане. Совершенно замечательный художник, на мой вчера сформировавшийся вкус!

Приехали книги (2): 9 комментариев

  1. Как такой же, может быть, случайный человек в искуйстве, я Шварцмана всегда любил :)
    И стихи Асиновского.
    Гений Шварцман, может быть, не великий, но «сказал то, что имел сказать»; художественный язык мог быть и не этот (вообще любой). Вы говорили (может быть, в своём интервью), что стихи — продолжение дыхания/походки/жестикуляции поэта; к тому, что рисуют художники, это относится ещё больше — но бывает ведь и (как у очень больших собак) желание «отпрыгнуть» стихами и картинками от этой своей «оболочки», которая то глупая, то неповоротливая etc. Получается искусство немножко неполное, может быть, не очень «захватывающее» — но я почему-то уверен, что оно (именно такое) для чего-то на свете нужно :)

    • Не совсем понял, Вася, про что Вы. Особенно, причем тут Асиновский.

      Я тут не высказывал суждения, великий Шварцман гений или невеликий, вполне допускаю, что великий. Я просто зафиксировал «личное приключение», не далее как вчера приключившееся у меня с его работами. Речь шла о том, что мне наконец-то открылся доступный для меня вход в мир этих работ.

  2. У Понизовского (помнишь ли ты? или это уже в другие, 90-е годы?) висела фотография любавичского ребе, на которого он был необыкновенно похож. Видимо, именно в связи с этим сходством.

Добавить комментарий